Цена доставки диссертации от 500 рублей 

Поиск:

Каталог / КУЛЬТУРОЛОГИЯ

Евразийский контекст формирования мифопоэтической модели мира в традиционной культуре Алтая : Проблема космоантропогенеза

Диссертация

Автор: Гекман, Лидия Павловна

Заглавие: Евразийский контекст формирования мифопоэтической модели мира в традиционной культуре Алтая : Проблема космоантропогенеза

Справка об оригинале: Гекман, Лидия Павловна. Евразийский контекст формирования мифопоэтической модели мира в традиционной культуре Алтая : Проблема космоантропогенеза : диссертация ... кандидата культурол. наук : 24.00.02 Барнаул, 2000 127 c. : 61 00-24/34-6

Физическое описание: 127 стр.

Выходные данные: Барнаул, 2000






Содержание:

ГЛАВА Г Алтайская мифология как научная проблема
§1 История изучения алтайской мифологии
§2 Предпосылки формирования уникальной мифологической традиции Алтая
§3 Основные категории мифов Алтая в евразийском контексте
ГЛАВА
II Мифологический космоантропогенез Алтая в евразийском контексте
§1 Понятие космоантропогенез и его классические модели
§2 Модель Вселенной в мифологии Алтая
§3 Вариативность и инвариантность системы бинарных оппозиций в мифическом и эпическом космоантропогенезе Алтая

Введение:
Актуальность темы исследования. Завершение второго тысячелетия характеризуется повышением внимания к необходимости духовного и нравственного обновления человечества, поиска путей выхода из того тупика, который обозначился в сфере рационального постижения мира, а также возможностей преодоления кризиса, вызванного прагматическим отношением к среде обитания и известным пренебрежением к системе вечных ценностей.Наиболее отчетливо деструктивные явления в сфере культуры представлены сегодня в России и ряде ее автономий. Процесс активной имплантации западноевропейских и американских стереотипов поведения и псевдохудожественных ценностей размывает систему сложившихся духовных традиций и этических норм, ставя под угрозу сохранность уникального менталитета и его художественного наследия.Особенности мировоззрения этноса, так или иначе представленные в мифе как универсальной категории культуры интересовали человечество уже с эпохи античности: Ксенофон воспринимал мифологичность богов Гомера и Гесиода как поэтическую форму истории, противопоставляя ей истинную историю. Мифологический анамнез - и в этом заключается один из парадоксов конца XX в, - оказывается едва ли не более предпочтительным для человечества, чем техницистский или естественнонаучный. Возможно, это объясняется тем, что он аккумулирует систему кодификации самых различных уровней, оказываясь шире, объемнее любого другого подхода к изучению процесса развития мира и человека. Миф изначально, на уровне архетипа обозначает тонкое, подвижное равновесие полярных начал, бинарных оппозиций, обеспечивающих жизнеспособность макро- и микрокосма. Возрастающий интерес к мифологиям традиционных культур и примитивных цивилизаций, а также попытки определения места мифологической системы отдельного этноса в целостной архаической картине строения мира объясняется целым рядом причин, главными из которых представляются следующие: стремление восстановить свое «генеалогическое древо»; прикоснуться к свободной от философских, социальных и литературных напластований картине возникающего и развивающегося Бытия.Мифология как совокупность мифов (в данном случае мы понимаем под мифом вербальный, сюжетно оформленный факт мировоззрения этноса) дает уникальный материал для понимания природы человека, его места во Вселенной; а мифология как наука, изучающая мифы, и историческая культурология, объединяющая методы исторического и культурологического анализа, обнаруживает, что современная наука во многих областях совершает открытия, давно известные религиозно-мистическим концепциям Запада и особенно Востока, хотя и выраженные в иной системе категорий.Не менее очевидно практическое значение проблемы изучения мифологического наследия традиционных культур. Преодоление доминанты моноцентристского подхода к анализу художественной культзфы человечества требует внимательного изучения тех сфер духовно-творческого наследия, которые не вписывались в масштабный контекст великих цивилизаций архаики по причине отсутствия единого критерия оценки или системообразующего признака. Сравнение египетской пирамиды, скального храма Индии, китайской пагоды и алтайской юрты как типов архитектурных сооружений автоматически лишает последнюю права на достойное место в системе эстетических ценностей.Сегодняшний взгляд на проблему предполагает акцентирование факта равенства различных культур, их самоценности и самодостаточности. Каждый этнос воссоздает свою историю в особой системе знаков-символов, и мифология Алтая занимает достойное место в соответствующем контексте евразийского региона.Будучи одним из наиболее значительных центров кросскультурных процессов, Алтай причудливо синтезирует мифологическое наследие Запада и Востока, сам оставаясь загадкой. Эмпирический материал еще только начинает обобщаться и систематизироваться, а традиция тем временем продолжает оставаться живой и актуальной, где мифологическое сознание - пантеизм - так же естественно для человека, как и столетия назад.Диссертационное исследование является первой попыткой историкокультурологического анализа мифологической модели традиционного сознания в контексте классических систем.Степень разработанности проблемы: исследования так или иначе имеющие отношения к теме, можно систематизировать но нескольким доминантным направлениям: Первую группу источников, составили труды известных тюркологов: собравших и обобщивших материал о феномене алтайского шаманизма, шаманских мистериях, атрибутике (и ее мифологической семантике); расшифровавших орхонские и древнетюркские надписи и соотнесших эту информацию с содержанием древневосточных и византийских документальных источников. Это работы А.В. Анохина. В.В. Радлова, Л.П. Потапова, СИ. Вайнштейна, СЕ. Малова, Н.Я. Бичурина, СГ. Кляшторного и др.Втор5/ю группу исследований составляют материалы по особенностям этнографической культуры алтайцев и народным верованиям. Данная группа представлена как фактографическим, эмпирическим материалом (В. Вербицкий, В. Радлов, Н. Никифиров, Г. Токмашов, Сзфазаков и др.), содержащим тексты мифов, легенд, поверий, героических сказаний; так и аналитическим, преимущественно лингвистического характера (это словари, грамматики, анализ диалектов, комментарии к переводам).Третья группа представлена научным осмыслением мифологических сюжетов как выражения особенностей традиционного сознания алтайских тюрков.Работы Баскакова Н.А., Тощаковой Е.М., Бутанаева В.Я., Дьяконовой В.П., Сатлаева Ф.А., Сагалаева A.M. и др. анализируют такие феномены традиционного сознания, как восприятие человеком мира, населенного богами и духами, пантеистического миропонимания, предполагающего обязательное заключение договора между человеком и божеством.На общей концепции работы сказались исследования A.M. Сагалаева, особо акцентировавшего мысль о необходимости анализа древней культуры алтайцев - культуры, являвшейся промежуточным звеном между мирами Запада и Востока. Идея открытости духовной культуры Алтая к инокультурным влияниям и способность ее остаться самобытной, стабильной и жизнеспособной, аргументированная богатым фактическим материалом, явилась отправной точкой для данного исследования.Четвертую группу представляют труды по мифологии в целом и мифологическому космогенезу, в частности. Работы А.Ф. Лосева, Е.М. Мелетинского, В.В. Иванова, В.Н. Топорова, В.В. Евсюкова, М. Евзлина, М. Элиаде, Б. Бирлайна и др., посвященные как проблемам мифологического сознания, так и особенностям мифологического космогенеза, позволили уточнить понятие космогенеза и развести его с понятием теогенеза, часто воспринимающихся в качестве синонимов.Пятая группа исследований посвящена анализу исторических сведений о процессе и характере развития региона Алтая, представляющих собой сложный симбиоз культур, тысячелетиями адаптировавшихся друг к другу и сложившихся в достаточно стабильную, имеющую специфические характеристики, культуру тюркоязычных народов Алтая.Автор опирался на исследования историков и археологов г. Барнаула и г. Новосибирска, исходя из фундаментальных положений Л.Н. Гумилева о происхождении тюрков как особой этнической группы.Оформление тюркской культуры испытало на себе влияние андроновской, афанасьевской, елунинской, скифо-сакской и др. культур, о чем свидетельствуют работы Деревянко А.П., Руденко И.С, Окладникова А.П., Неверова СВ., Кирюшина Ю.Ф., Кунгурова А.Л., ТишкинаА.А., МолодинаВ.И., Полосьмак Н.В. и др.Шестз^ю группу представляют труды по мифологиям древних цивилизаций: Египта, Шумера, Вавилона, Индии, Китая, Греции, Рима. Особое значение для предпринятого исследования имеют наблюдения Матье М.Э., Померанцевой Н.А., Оппенхейма Л., Бонгард-Левина Г.М., Ольденбурга Ф., Григорьевой Т.П., Конрада Н.И., Алексеева В.М., Лосева А.Ф., Тахо-Годи А.А., Фрейденберг О.М. и др. - о характере развития тео- и космоантропогенеза, позволившие выделить общие символы и мотивы мифологической картины рождения мира и богов. Кроме того, автор диссертации осуществил сравнительный анализ переводов текстов космоантропогонических миров евразийского региона, что позволило уточнить картину возникновения Вселенной в евразийской мифологии.И, наконец, седьмую группу составили научные изыскания по тюркоязычному героическому эпосу, где изложены соображения о генетическом родстве мифа и эпоса, о трансформации многих типологических особенностей мифа в эпическом сказании; о вариативности и инвариантности мотивов мифа и эпоса. Работы В. Жирмунского, Е. Мелетинского, Суразакова, СМ. Каташева и др. позволили обнаружить область, не затронутую специалистами в области мифопоэтического творчества: а именно - воспринять героический эпос в качестве варианта космогонического мифа.Объемная и разноплановая литература по духовно-художественному наследию алтайцев тем не менее обнаружила, что мифопоэтическое творчество этноса традиционно анализируется только как самостоятельное явление или как органическая часть культуры одной языковой группы. Стремление современной исторической культурологии к анализу по принципу «единичное во всеобщем» позволяет включить такой принципиальный для любой культуры аспект, как мифологический космоантропогенез отдельного этноса (в данном случае Алтая) в контекст классических типологически соотносимых моделей. Подобная попытка представляется особенно перспективной, т.к. открывает обширное поле для дальнейшей деятельности, в т.ч. сравнительного анализа архаических мифологий народов Сибири разных языковых групп.Объектом исследования является мифопоэтическое творчество алтайских тюрков.Предметом исследования является анализ концепций модели Вселенной, в мифопоэтическом творчестве Алтая.Целыо диссертационного исследования является установление диалектического единства этнически своеобразного и всеобщего, универсального в космоантропогенезе Алтая.В соответствии с целью решаются следующие задачи: 1. Анализируются и обобщаются подходы к проблеме основоположников концепции о мифологическом космоантропогенезе.2. Выявляются особенности космоантропогенеза алтайского этноса на основе данных истории, археологии, этнографии, филологии и фольклористики.3. Обнаруживаются элементы самобытного, присущего космоантропогенезу Алтая, путем включения его в соответствующий евразийский контекст.4. Определяются особенности бытования космоантропогонической модели в героическом эпосе Алтая.Методологические основы исследования: При исследовании автор руководствовался фундаментальными философскими методами: проблемно-логическим методом, положениями аксиологического и структурно-функционального подхода, принципом восхождения от абстрактного к конкретному, принципом диалектического единства мотива и образа, а также методологически значимыми идеями, выработанными Э. Тайлором, Дж. Фрезером, М. Элиаде, М. Евзлиным, Б. Малиновским, Е, Мелетинским и др. Автор опирался также на отдельные идеи А. Сагалаева, А. Лобка, В. Топорова и др. В исследовании получены результаты, которые выносятся на защрггу: 1. Модель Вселенной в мифопоэтическом творчестве Алтая представлена трехчастной по вертикали и являющейся результатом трех вариантов космоантропогенеза: а) демиургического как творческого процесса бога, обладающего качеством андрогинности, а также деятельностью первой оппозиционной пары богов, где наличие оппозиции определяет возможность акта творения мира; б) эволюционного как постепенного развития, где доминантным мотивом является мотив саморастущей земли; в) воплощающего идею обновления мира и человека посредством «возвращения к истокам», представленного героическим эпосом.2. Космогоническая модель в мифологии Алтая свидетельствует о том, что архаические мифологические системы обнаруживают живой и актуальный процесс их бытования (пантеизм), формулируемый автором как САКРАЛЬНОБЫГИЙНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ. Откорректированные временем, условиями социокультурного развития, жреческими кастами и индивидуальным творчеством интерпретаторов мифологические тексты развитых культур определяются диссертантом как САКРАЛЬНОХУДОЖЕСТВЕННАЯ РЕАЛЬНОСТЬ, на фоне которой ярче всего проявляется уникальность мифопоэтических пантеистических версий культуры Алтая и других традиционных культур.3. Космогонические мифы Алтая обнаруживают прообраз Центра Мира или Оси Мира, известный всем мифологическим системам евразийского региона. Своеобразным образцом этого символа является посох Эрлика, с помощью которого Бог завершает творение мира, придавая ему объемность.4. Мифопоэтическое творчество Алтая может восприниматься как вариант метасистемы евразийской мифологии. В алтайском героическом эпосе симфонриески интегрируются все основные категории мифов в целостную, сюжетно оформленнзщ) картину (в отличие, например, от «Махабхараты», где жречество индуизма художественно интерпретировало верования ведийского периода, или «Одиссеи» как продукта художественного синтеза).5. Героический эпос Алтая представляет космоантропогенез не в его классической модели: превращение хаоса в космос, а в качестве акта обновления мира мифологизированным героем; акта, воспроизводящего парадигматические действия Богов, а потому объективно необходимого.Эпос создает новую по отношению к мифу систему бинарных оппозиций, где основными являются: добро/зло; свет/тьма; жизнь/смерть, синонимичных универсальной мифологической противопоставленности: хаос/космос; бытие/небытие.Новизна исследования: В диссертационном исследовании получены результаты, которые представляют научную новизну работы: 1. Будучи органичной составляюш,ей концепции евразийского космоантропогенеза, алтайский вариант обнаруживает помимо традиционного изображения демиургического и эволюционного актов творения мира и человека уникальный, акцентирующий вербальное оформление идеи саморастущей земли.2. Мифологическая модель Вселенной в традиционной культуре алтайцев обладает неким недоступным для представлейия человека "дном небес", где обитают Юч Мыйгак (три маралухи), обладающие способностью восстановить мировой порядок и победить временно торжествующие силы мрака.3. Впервые в ходе изучения алтайской мифологии фиксируется факт отсутствия здесь теогонической генеалогии, что является свидетельством архаичности и стабильности мифологической системы Алтая.4. Автор впервые аргументирует факт наличия в алтайской мифологии прообраза Мирового Древа, которым является посох Эрлика, обозначивший три сферы бытия.5. Впервые мифопоэтическое творчество традиционной культуры рассматривается в контексте классических мифологических систем евразийского региона.Апробация полученных результатов: Материалы диссертации являются частью спецкурса «Мифология и фольклор Алтая» (1993-1999 гг.); получили апробацию в виде выстзшлений на двух международных конференциях: «Алтайский героический эпос как универсальная мифологическая система»; материалы научно-практической конференции «Региональные особенности подготовки педагогов народного художественного творчества. Методика. Опыт. Проблемы» - Барнаул: АГИИК, 1999; «Путь к Критаюге (бытийное и бытовое в эпосе Алтая): Материалы международной конференции «Алтай-Космос-Микрокосм» - Барнаул, 1999.Объем и структура диссертации: Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения и списка используемой литерат)фы.Конкретное раскрытие и обоснование выдвигаемых на защиту положений предлагается в самом диссертационном исследовании.Начать его целесообразно с обзора имеющейся по алтайской мифологии литературы, что позволит обозначить проблему, решению которой посвящено основное содержание работы.