Цена доставки диссертации от 500 рублей 

Поиск:

Каталог / ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ / Отечественная история

Научно-педагогическая деятельность русских историков-эмигрантов в США в первой половине XX века

Диссертация

Автор: Петров, Евгений Вадимович

Заглавие: Научно-педагогическая деятельность русских историков-эмигрантов в США в первой половине XX века

Справка об оригинале: Петров, Евгений Вадимович. Научно-педагогическая деятельность русских историков-эмигрантов в США в первой половине XX века : диссертация ... доктора исторических наук : 07.00.02 0, [б. г.] 499 c. : 71 02-7/101

Физическое описание: 499 стр.

Выходные данные: 0, [б. г.]






Содержание:

Глава 1 Научно-педагогическая деятельность русских историков-эмигрантов первой половины XX века в США как объект исторического исследования
§1 Теоретико-методологические основы изучения исторической науки российской эмиграции
§2Профессиональные судьбы историков «русскоамериканского мира» в свете современного источниковедения
§3 Историческая наука российской эмиграции в США: историография проблемы
Глава 2 Место и роль историков-эмигрантов в развитии американо-русских славистических контактов (1905-1920 гг)
§1 «Миссионеры» русской исторической науки в США
§2 Историко-научные учреждения, общества и организации российской диаспоры в США в начале XX века
§3 Влияние русских историков-эмигрантов на возникновение и развитие университетской славистики в США
§4 Участие русских историков-эмигрантов в складывании информационно-славистических ресурсов американских библиотек и архивов
§5 Статус и роль русских эмигрантских исторических сообществ в академическом мире США после 1917 г
Глава 3 «Профессиональная адаптация» русских историков-эмигрантов в Америке (1920-1939 гг)
§1 Академическая и профессиональная деятельность русских историков-эмигрантов в университетах США в 1920-30-ые гг
§2 Американская архивная «россика» и русские историкиэмигранты
§3 Международные связи русских историков-эмигрантов на рубеже 1930-х гг: Европа и Америка
Глава 4 Научно-публицистикеекая и педагогическая деятельность русских историков-эмигрантов в США в годы Второй мировой войны (1939-1945 гг)
§1 Кадровое обеспечение «русских программ» в университетах США в годы Второй мировой войны
§2 Участие русских эмигрантов в образовательных программах армии США
§3 Роль русских историков-эмигрантов в становлении россиеведческой периодики в США
Глава 5 Преемственность традиций в развитии исторической науки российской эмиграции в США (19451960 гг)
§1 Академические организации и структуры «второй волны» русской эмиграции в США
§2 Деятельность «перемещённых лиц» в русских исследовательских центрах при университетах США
§3 Профессиональное сообщество русских историковэмигрантов в США в начальный период холодной войны

Введение:
«я считаю очень желательным знакомство с русской научной мыслью англосаксов».Из переписки В.Вернадского с Г.Вернадским // Архив РАН. Фонд 518. Оп.ЗА/989. Д.307. Л.22.Национальное самосознание общества в переходные эпохи объективно обуславливает повышенное внимание исторической науки к уникальному опыту сохранения академических традиций нашими соотечественниками в иной этноконфессиональной и социокультурной среде. В первой половине XX века более двухсот русских учёных трудилось по контракту в университетах США. Большую часть из них составляли представители гуманитарных наук, в том числе историки.Тема настоящей диссертации обращена к изучению столь уникального феномена в истории отечественной научной диаспоры, как появление и распространение на американском континенте «колонии» русских историков-эмигрантов. Выбор проблематики исследования определялся тем, что процессы миграции отечественных деятелей науки за рубеж стали реальностью новейшей истории, и одним из факторов глобальной политики. Несмотря на то, что российская научная диаспора представляет культурное явление международного масштаба, ни в зарубежной, ни в отечественной исторической науке до сих пор не определены в полной мере её количественные и качественные характеристики. Авторы множества публикаций, касающихся выезда из страны научных кадров, оперируют разнородными и противоречивыми экспертными оценками. Практически нет обобщенных данных о социальном самочувствии учёных-эмигрантов за рубежом. «Для двух последних лет достаточно достоверной оценкой числа активно работающих по всему миру русскоязычных исследователей в области фундаментальных наук представляется цифра 10-12 тыс. человек»^.Данные об историках-эмигрантах скромны и официально не публиковались. В ходе настоящего исследования удалось установить, что американскими университетами в первой половине XX столетия было привлечено на преподавательскую работу свыше 8 0 историков из России. Вакансии в университетах США на 4 0% заполнялись за счет «утечки мозгов» или, иными словами, переманиванием профессоров из других университетов. «И только около 60% вакансий заполнялись «инбридингом» - т.е. за счет собственных инструкторов и ассоциированных профессоров»^.Актуальность изучения научно-педагогического опыта деятельности русских историков-эмигрантов продиктована не столько извечной историей непростых взаимоотношений диаспоры и метрополии, сколько потребностью извлечения из них уроков, в том числе и нравственного^ Феномен российской научной диаспоры существует более века, но природа его так и не прояснена^. В настоящее время даже специалистыисториографы не всегда владеют полной информацией о том, что именно происходит внутри столь важной для исторической науки структуры как профессиональное сообщество русских историков-эмигрантов в США. До сих пор нет ни библиографических, ни специальных обобщающих работ по учёту и полной статистике трудов русских историков в Америке. В новейшей историографии вопроса давно назрела необходимость комплексного исследования истории исторической науки российской эмиграции в США как целостного социального явления^.Уникален сам феномен, когда за долгие годы опалы историческая наука русского зарубежья сумела сохранить национальную историческую память в иной достаточно жесткой англосаксонской культурной среде. Важно иметь ввиду, что исА.Д.Воскресенский. - М., 2000. - 441^89; Основные направления государственной политики РФ в отношении зарубежных соотечественников // Полсскова Т.Е. Диаспоры в системе международных связей. - М.,1998; Лебедева Н.М. Новая русская диаспора. Социально-психологический анализ. - М.,1997; Серёгин A .B . О становлении государственной политики России в отношении соотечественников проживающих за рубежом // Россияне в азиатско-тихоокеанском регионе. Сотрудничество на рубеже веков.Кн.1. -Владивосток,1999. -С.7-15; Эмиграция и репатриация в России. - М.,2001. " См.: Филипов Ю.Д. Эмиграция. - СПб., 1906; Тизенко П. Эмиграционный вопрос в России. - Либава,1909; Курчевский В. О русской эмиграции в Америку. - Либава,1914. ^ Дискуссии по поводу отъезда «высокопрофессиональных специалистов» ведутся столь же долго, сколько существует проблема «утечки умов» (от англ. brain-drain). Миграция высококвалифицированных кадров в мировой науке имеет негативные гуманитарные последствия для страны-донора. Она не только теряет ценный научный потенциал, но и вынуждена готовить замену выбывшим, инвестировать в образование и профессиональную подготовку. * Свыше 80 историков, библиография трудов которых насчитывает около 3.500 наименований, более десятка историко-научных учреждений, архивов и периодических изданий. См.: Зарубежная Россия.1917-1939 гг. Сборник статей. - С П б . : Европейский дом,2000. - 207. торические диагнозы «учёных русско-американского мира» совсем не безобидны, поскольку они могут воздействовать на историческую реальность^. Замечание вдвойне актуально для отечественной науки последнего десятилетия, которая вынуждена обращаться к проблематике эмигрантских исследований, начиная с идеи религиозного возрождения и требования покаяния, обращения к «проклятым вопросам истории малых наций, субэтносов и проблем российского федерализма» до идеи единства и неделимости русской культуры. Многое во взглядах русских историков удивительно актуально для сегодняшнего дня. Обращение к историческому опыту диаспоры представляется нам симптоматичным для переходных периодов общества при девальвации норм и ценностей традиционной науки^.В современной публицистике эмигрантов возносят, чуть ли не до национальных героев, хотя ещё вчера большинство из них было причислено к антигероям. Научный подход позволяет преодолеть клишированные представления и полномасштабно описать картину рассеяния русских учёных за рубежом. До сих пор в литературе никто не подчеркнул мимолетность Пражского феномена и поразительную устойчивость американского опыта русской эмиграции. Если Прагу 1920-30-х гг. в новейшей историографии именуют «Русским Оксфордом», то любой из американских университетов в Бостоне, НьюХейвене, Нью-Йорке, Беркли можно заслуженно и по праву на' Дискуссии отечественных и зарубежных историков по интерпретации советской истории отчасти калькируют и повторяют давние споры, имевшие место в исторической науке русского зарубежья. См.: Историческая наука российской эмиграции 20-30-х гг. X X века. (Хроника) / Сост. А.Александров.М.,1998; Россия Х1Х-ХХ вв. Взгляд зарубежных историков. - М.,1996. ^ «Необходимо изучить логику процессов эмиграции (и иммифации), поскольку они стали реальностью политической жизни...». См.: Судьбы историков российского зарубежья в 20-30-е годы // Россия в изгнании. Судьбы российских эмигрантов за рубежом. - М . : ИВИ РАН, 1999. - 6. звать «Русским Кембриджем».Об'ьектом диссертационного исследования являлись процессы становления и развития американского центра исторической науки российской эмиграции в первой половине XX столетия. Изучение его автохтонных признаков позволяет понять специфику профессиональной адаптации русских историков в англосаксонском мире, определить их место и роль в формировании зарубежного россиеведения, выделить основные этапы складывания профессионального сообщества русских историков-эмигрантов в США. Изучение контрактного опыта работы русских историков в академических центрах Америки, Европы, Азии позволяет установить причинно-следственные связи в развитии российской ' В части укрепеления российской государственности в 1999 г. Федеральным собранием РФ был принят закон «О государственной поддержке соотечественников за рубежом». В 2001 г. Генеральный консул РФ в Сан-Франциско от имени Президента РФ вручил ордена «Дружбы» американским учёным, посвятивших свою жизнь исследованиям Русской Америки ХУП-ХУП! веков. В числе награждённых значились В.Петров, Р.Пирс, Л.Блэк, Б.Смит и Д.Мидлтон-Тидвел.См.: Профессия - русский эмигрант / Беседа М.Раева и А.Корлякова (по материалам семинара «Историки в русской эмиграции» состоявшегося в Парижском институте славяноведения) // Русская мысль, Париж. - 2000. - №4310. - 23 марта. Среди российских конференций заслуживают внимание: «Зарубежная архивная Россика: проблема возвращения документальных материалов» (Росархив,2000) и «Историография российского зарубежья конца Х1Х-ХХ вв.» (ИРИ РАН,2000). научной диаспоры. Увидеть в её историческом опыте не только культурные пласты и идеи, но и определить эффективные инструменты регулирования современной политики в области образования, на примере различных стран и различных подходов .В качестве предмета исследования в диссертации выделен научно-педагогический аспект деятельности русских историков в США в первой половине XX века, позволяющий комплексно рассматривать участие эмигрантов как в работе историко-научных объединений русской диаспоры, так и в рамках организационных структур американской науки.Научно-педагогическая деятельность в нашем случае выступает как собирательная категория, под которой подразумевались все виды профессиональной и творческой работы: в первую очередь, преподавательский опыт историков-эмигрантов в развитии славистических дисциплин, их архивоведческая и археографическая деятельность в собирании и публикации материалов зарубежной архивной россики, редакционно-издательское дело; их участие в организации научной работы национальных исторических ассоциаций (организационно-административная деятельность).В отечественной литературе до последнего времени больше внимания, как правило, уделялось анализу идейнополитических установок профессоров-эмигрантов, либо критике и разоблачению партийно-политических позиций, поддерживаемых ими различных эмигрантских сил. Нас в большей мере интересовал иной ракурс исследования, связанный с изучением всего того, что осталось за кадром написания их трудов и книг, но не менее ярко свидетельствовало о внутренних мотивах их творчеотва, иотории эмигрантского быта. Жизнь и деятельность большинства историков-эмигрантов можно понять только в рамках изучения профессионального сообщества, в котором они вращались.Определяя хронологические рамки исследования, автор пытался акцентировать внимание на массовых этапах эмиграции русских историков в США, а также исходить из того, чтобы представленный материал не противоречил традиционной периодизации американской истории"'""'". Всё это позволяет рассмотреть деятельность русских историков-эмигрантов в масштабах общего процесса становления и развития исторической науки российской эмиграции в США с момента единичных фактов до массовых случаев въезда учёных на рубеже 5 0-60 гг. XX века.Основное методологическое требование, которым мы руководствовались при уточнении временного периода исследования, завершённость эмиграционного цикла"'"^ . Макроисторический анализ позволяет рассматривать развитие исторической науки российской эмиграции, как институциональной системы, крайние точки, в эволюции которой можно определить моментами эмиграции, адаптации и реэмиграции^"^. Длительность Нами были приняты во внимание образовательные стандарты, утверждённые на 88 съезде ОАИ: возникновение современной Америки (1880-1930 гг.); великая депрессия и вторая мировая война (19291945 гг.); послевоенные США (1945-1970 гг.).Формальным признаком крайней границы выбранного периода можно считать чествование в 1957 г. 30летнего юбилея преподавательской деятельности в университетах США М.М.Карповича и Г.В.Вернадского. См.: Ferguson A.D. , Levin А. (ed). Essays in Russian History. A Collection Dedicated to G.Vernadsky. - Hamden,1964.Хронологические рамки диссертационного исследования нами формально ограничены прецедентами реэмиграции. Нижний порог соответствует 1905 г., когда после 17-летнего отсутствия М.М.Ковалевский вернулся на Родину учёным с мировым признанием. Верхний порог соответствует 1960 г. Весьма показательному событию - приглашению Г.В.Вернадского в Москву на конференцию по востоковедению. Тема «реэмиграции» абсолютно не обозначена в исследованиях, посвященных изучению исторической науки российской эмиграции. Бесспорная актуальность этого вопроса более чем очевидна. См.: Мягков Г.П. Научное сообщество в исторической науке: опыт «русской исторической школы». - Казань,2000; Почему мы вернулись на Родину. Свидетельства реэмигрантов. - М.,1987. рассматриваемого периода дает возможность не только восстановить хронику и последовательность событий, но и уловить изменения в структуре эмигрантского сообщества профессиональных историков от ценностей «первой» волны до взглядов так называемых «третьеволновиков». Не секрет, что в исторической науке российской эмиграции есть свои профессионально-корпоративные разногласия. Так, исторически сложилось, что представители «первой» и «второй» волны взаимно дополняют и, самое важное, принимают друг друга.Нам представлялось обоснованным не разрывать завершенные по времени процессы, а исследовать весь эмигрантский цикл их развития.В поле нашего внимания попали те, кого традиционно относят к контрактной эмиграции - М.Волконский, М.М.Ковалевский, Л.Винер, А.В.Бабин, В.Г.Симхович, А.С.Каун, Г.З.Патрик и др. Из историков «первой волны» М.И.Ростовцев, А.Корф, Г.В.Ланцев, А.А.Васильев, М.Т.Флоринский, Г.Елисеев, М.М.Карпович, Г.В.Вернадский, А.Н.Авинов, Л.И.Страховский, А.А.Лобанов-Ростовский, Д.Н.Федотов-Уайт, П.А.Будберг, А.Г.Мазур, Л.М.СавеловСавелков, В.А.Рязановский, Н.П.Толль, Н.Н.Мартинович, О.Якобсон и др. Много внимания новейшая историческая литература уделяет сюжетам, связанным с развитием американской акции по вызову в США русских беженцев и ученых в 1946-1950 гг. (С.Г.Пушкарёв, Н.И.Ульянов, Г.К.Гинс, А.Зеньковский, Н.В.Первушин, Ю.П.Денике, О.А.Маслеников, А.Д.Билимович, Н.С.Арсеньев, М.Г.Шефтель, Л.Ф.Магеровский, В.В.Вейдле и др.) . З а рамками предмета изучения исторической науки остается судьба историков последующих волн эмиграции (М.Л.Левин, А.М.Некрич, А.Л.Янов, Ю.Г.Фельштинский, В.Г.Бортневский, Н.Хрущёв, Б.Г.Литвак и др.)-*-^. Обилие имён, выявленных в ходе исследования, заставило нас ограничиться рамками первой половины XX столетия. Мы не затрагиваем судьбы историков так называемой «третьей» и «четвертой» волны, хотя на творчество некоторых из них ссылаемся. Подобное видение проблемы, позволяет понять и оценить масштабы центробежных тенденций в развитии отечественной исторической науки в XX столетии^^.Цель настоящего диссертационного исследования - изучить полувековой опыт научно-педагогической деятельности русских историков-эмигрантов в США с момента организации первых историко-научных обществ типа «Наука» в 1905 г., до интеграции учёных-профессоров и членов «русской академической группы» в западное университетское сообщество на рубеже 50-бО-х гг. XX в.Нам представлялось важным понять на основе критического анализа собранных материалов основные тенденции формирования и развития исторической науки российской эмиграции в США, определить место и роль русских историковПеречень персоналий историков попавших в фокус нашего внимания не является окончательным. Свою задачу мы видели в том, чтобы обозначить исследовательскую традицию в изучении профессионального сообщества русских историков-эмигрантов в США. См.: Россика в США. - М.,2001.При всей полемичности современной классификации так называемых «эмигрантских волн», само явление свидетельствуют лишь об одном - устойчивости рассматриваемого феномена. См.: Петровский Л.П. Дело Некрича // Кентавр. - 1994. - № 4 . - 94-114; Русский национализм: миф или реальная угроза: Обсуждение книги А.Янова «Русская идея и 2000-й год» в ИНИОН АН СССР // Родина. - 1990. - №1.С.81-85; Фельштинский Ю.Г. К истории нашей закрытости. Законодательные основы советской иммиграционной и эмиграционной политики (1917-1927). - М.,1990; Литвак Б.Г. Американо-канадский дневник . -М. , 1998.Анализ столь длительного периода позволяет установить преемственность в развитии традиций исторической науки российской эмиграции на макроисторическом уровне. См.: Историческая наука российской эмиграции 20-30-х гг. X X века. Хроника / Сост. А.Александров. - М.,1998. эмигрантов в организации американского комплекса россиеведческих дисциплин"'"^, вписать научно-педагогический аспект деятельности русских профессоров в общую историю российской научной диаспоры. Профессионально нас привлекали не столько персоналии историков-эмигрантов, ценные сами по себе на микроуровле, а изучение процессов и понимание механизмов адаптации русских эмигрантов в иной профессиональной среде и в ином контексте социокультурных и этнокультурных контактов. Важно осмыслить не столько уникальность данного феномена, как его универсализм. Ведь дело имеем не с единичным случаем, а порядковым явлением в истории науки, и понимать его нам приходилось не на уровне личных трагедий, а в ретроспективе самой исторической науки. В большей мере нас интересовала «природа» эмигрантских циклов и мы пытались её исследовать на историческом материале первой и второй волны в системном плане.Для достижения главной цели диссертационного исследования автор ставил промежуточные задачи: — проанализировать фактографический материал свидетель свующий о контрактных отношениях русских историков с университетами США в первой половине XX столетия; — систематизировать историографические подходы изучения профессиональной и академической деятельности «историков русско-американского мира» в отечественной и зарубежной литературе; — выявить основные этапы в развитии исторической науки российской эмиграции в США; — конкретизировать роль русских историков-эмигрантов «American research on Russia» - в переводе с англ. «американское россиеведение».Б становлении и развитии англо-американской «россиеведческой традиции» в начале XX столетия; — описать деятельность историко-научных учреждений и организаций русской эмиграции в США; — воссоздать хронику преподавания славистических курсов русскими эмигрантами в университетах США в межвоенный период; — уяснить специфические черты адаптации русских историков-эмигрантов в англосаксонском мире; — ввести в научный оборот круг документов и источников, свидетельствующих о роли русских историков-эмигрантов в становлении эмигрантской россиеведческой периодики; — рассмотреть участие русских историков-эмигрантов в деле собирания материалов зарубежной архивной «россики» и «советики»; — уточнить степень влияния русских историковэмигрантов на работу национальных исторических организаций США; — понять общие императивы развития российской исторической науки в эмиграции и объяснить внутреннюю логику процесса складывания профессионального сообщества русских историков-эмигрантов в США. Обозначенные задачи носят принципиальный характер, поскольку речь идет не только о восстановлении «американского следа» исторической науки российской эмиграции, но и о справедливой оценке её влияния на развитие российскоамериканских отношений"^^. Высказанные соображения по поводу Смена россиеведческих парадигм во все времена в США была обусловлена переориентацией на взгляды очередной волны российской эмиграции. В межвоенный 1917-1945 гг. доминировали ценности исторической науки русского зарубежья (эмигрантов первой волны). С 1945 по 1960 гг. моду в «русских исизучения в исторической науке «контрактного» опыта работы русских историков-эмигрантов в университетах США, в значительной степени определили замысел и структуру настоящего исследования.Диссертационное исследование построено по хронологическому принципу. Обзор материала охватывает более чем полувековой период с 90-х годов XIX в. по 50-е годы XX в. . В работе рассмотрены основные этапы и периоды профессиональной деятельности русских историков в США, позволяющие оценить в целом изменения в структуре эмигрантского исторического сообщества ученых, от ценностей эмиграции первой волны до взглядов так называемых третьеволновиков'^^. В основу рассматриваемых периодов положены эмигрантские циклы трудовой, первой и второй волны, такие критерии как смена эмигрантских поколений, эволюция эмигрантских доктрин, их воздействие на развитие русских исследовательских программ в США. В первой главе «Научно-педагогическая деятельность русских историков-эмигрантов первой половины XX века в США как объект исторического исследования» рассматриваются теоретико-методологические основы изучения исторической науки российской эмиграции. В ней приведён анализ имеющегося категориально-понятийного инструментария для решения данной проблемы. Автор попытался определить круг источников и степень их обобщения в отечественной и зарубежной следованиях» диктовало поколение представителей второй волны эмиграции. С i960 г. последних всё больше вытесняют с университетских кафедр «третьеволновики». См.: Петров Е.В. История американского россиеведения. - СПб. ,1998.- 211. " Общепринятой периодизации истории российской научной диаспоры нет. Споры идут о соответствии академической эмиграции в целом периодизации различных волн. См.: Пушкарёва Н.Л. Возникновение и формирование российской диаспоры за рубежом //Отечественная история. - 1996. - № 1 . - 53-69. историографии вопроса. Анализ документальной базы исследования и закономерностей его концептуализации в литературе позволяет уточнить информационную ценность изучаемого материала и его достоверность.Во второй главе «Место и роль историков-эмигрантов в развитии американо-русских славистических контактов (19051920 гг.)» анализируется предыстория складывания исторической науки российской эмиграции в США в дореволюционный период. Нам представлялось важным обобщить «миссионерский» опыт работы русских историков в Америке и зафиксировать начальный этап развития российской научной диаспоры, уточнить профессиональные потребности в эмигрантских кадрах и славистических ресурсах ведущих университетов США в начале X X столетия.В третьей главе «Профессиональная адаптация русских историков-эмигрантов в Америке (1920-1939 гг.)» характеризуются существенные признаки и черты профессиональной адаптации русских историков-эмигрантов в США в межвоенный период, выявляются мотивы и обстоятельства въезда русских учёных от единичных случаев на начальном этапе до массовых «коллективных аффидевитов» в 1939-1940 гг.. Приведённый фактический материал позволяет определить степень влияния отечественных учёных на процессы развития университетской славистики в США. В четвёртой главе «Научно-публицистическая и педагогическая деятельность русских историков-эмигрантов в США в годы Второй мировой войны (1939-1945 гг.)» определяются принципиально важные вопросы формирования организационной основы исторической науки российской эмиграции. В ней освещаются вопросы участия русских историков-эмигрантов в образовательных программах армии СП1А в годы Второй мировой войны, конкретизируется их роль в становлении россиеведческой периодики и развитии «русских исследовательских центров» при университетах США. Пятая глава «Традиции исторической науки российской эмиграции в США и «перемещённые лица» (1945-1960 г'г.;» посвящена изучению специфики развития профессионального сообщества русских историков-эмигрантов в послевоенное десятилетие, когда в эмиграцию влились новые академические силы, из числа «перемещённых лиц». В ней рассматривается культурно-просветительская деятельность историков второй волны. В заключении сформулированы основные выводы диссертационного исследования, которые позволяют систематизировать вопросы изучения «контрактного» опыта работы в университетах США русских историков-эмигрантов «первой» и «второй» волны. Всё вышеизложенное позволяет наметить ряд дальнейших направлений в исследовании важнейшей составляющей русского зарубежья - исторической науки российской эмиграции в США. Считаем необходимым, обговорить проблему транслитерации и перевода. В большей мере это касается американских фамилий, имеющих, как правило, многочисленные русскоязычные транскрипции. Мы старались придерживаться единого общепринятого стандарта, либо апеллировать к оригинальному англоязычному варианту как к дублирующему (все они вынесены за скобки).Основные положения диссертационного исследования опубликованы в 35 авторских работах общим объёмом свыше 4 0 П.Л., в том чиоле 3-х монографиях. Материалы дисоертации использовались автором при подготовке и размещении в глобальной информационой сети веб-странички «Американо2 О русские историки XX столетия» . Материалы диссертационного исследования доступны на веб-сайте Центра Русского зарубежья (Институт военно-политического анализа) . Ряд положений диссертации был изложен автором в докладах на кафедре истории России и зарубежных стран Республиканского гуманитарного института Санкт-Петербургского университета, симпозиумах Российской архивной службы посвященных вопросу возвращения материалов зарубежной архивной россики, конференциях по русскому зарубежью в Нью-Йорке, Москве, СанктПетербурге, Омске, Владивостоке, Смоленске, Тамбове, Орле, Костроме, Туле, Брянске. В рамках проекта Московского общественного научного фонда (МОНФ) совместно с Институтом Гарримана (Колумбийский университет) и Республиканским гуманитарным институтом (СПбГУ), автор являлся в 19992000 гг. координатором работы секции по изучению истории 9 9 российской научной диаспоры , Информативная и познавательная ценность работы состоит в том, что она позволяет восстановить в российской исторической науке имена незаслуженно забытых судеб историков первой и второй волны эмиграции; определить их место и роль в развитии западных наук и представлений о России; http://petrov5.tripod.com/vvellcome.htm ^' http://www.zarub.db.irex.ru.Вестник молодых учёных. Серия: Исторические науки. -2000. - №5. - 84. Толстой И. Русские на Манхеттене // Новое русское слово. - 2001. - 20-21 окт. - 46. вписать творческие судьбы последних в контекст национальной памяти российской научной диаспоры.Научная новизна диссертации определяется тем, что она представляет собой исследование обобщающего порядка, основанное на комплексном анализе контрактного опыта работы русских историков-эмигрантов, восполняя пробелы в изучении истории складывания на рубеже середины XX века американского центра исторической науки российской эмиграции. Привлечённый в диссертации материал и выводы позволяют перейти к системному изучению последующих волн, пользуясь исторической ретроспективой наметить логику анализа и ориентиры для прогнозов дальнейшей эволюции российской научной диаспоры в США. Для понимания причин сегодняшнего массового отъезда учёных за рубеж требуется не только социальноэкономический, политический, но и исторический анализ ситуации. Рассмотренный в диссертации «контрактный опыт» работы русских историков-эмигрантов в США в первой половине XX столетия позволяет более внимательно отнестись к изучению последующих «волн» эмиграции, увидеть преемственность и разрывы в развитии традиций исторической науки российской эмиграции. Обобщение профессионального опыта работы отечественных учёных за рубежом позволяет в современных условиях, обосновать исключительную важность совершенствования законов об иммиграции и репатриации, в части укрепления Российской государственности. К этому обязывает принятый в 19 99 г. Федеральным собранием Российской Федерации закон «О государственной поддержке соотечественников за рубежом». Материалы и выводы работы могут быть использованы при подготовке фундаментальных работ в области науковедения, историографии, миграциологии и диаспораведения.